Almighty
Группа образована в 1988 году в Великобритании
Наряду с Dogs D’Amour, Little Angels и Quireboys, Almighty входили в число групп, которые, по сути, возродили интерес к британскому хард-року в конце 80-х годов. Большую помощь в организации Almighty и рекламе первых синглов оказала ведущая одной из программ МТУ Ванесса Уорвик, жена лидера Almighty. В качестве музыкальной модели группа избрала стилистику таких признанных авторитетов, как Judas Priest, Motorhead, The Cult и The Ramones.
Подписав контракт с Polydor, в 1989 году Almighty выпустили дебютный альбом “Blood, Fire And Love”, который имел успех у слушателей и получил хорошие рецензии в музыкальной прессе. Рабочее название этой пластинки было “Blood, Fire And Roses”, но, чтобы избежать каких бы то ни было иллюзий на Guns N ‘Roses, в последний момент его изменили. По горячим следам был выпущен концертный мини-альбом, который великолепно передает атмосферу “живых” выступлений Almighty и потенциал музыкантов. Особый успех имела динамичная кавер-вершн Bachman Turner Overdrive “You Ain’t Seen Nothin’ Yet”, сингл с которой только в Великобритании разошелся более чем 100-тысячным тиражом. Альбом 1990 года “Soul Destruction” свидетельствовал о творческом росте музыкантов - пластинка пользовалась популярностью в Европе и США, а сингл “Free’N'Easy” вошел в Тор 20 Великобритании.
На фоне общего спада интереса к ортодоксальному хард-року пластинки Almighty 1991 - 1993 годов особого успеха не имели, и, чтобы не “выпасть из обоймы”, группа внесла коррективы в стилистику - новые работы Almighty стали значительно жестче, и, хотя элементы гранджа в значительной степени упростили музыку, поклонникам Almighty это пришлось по душе.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (725)
vps хостингAlmer James Blood
Алмер Джеймс (р. 2 февраля 1942, Сент-Меттьюз, Южная Каролина) — американский джазовый гитарист, вокалист, руководитель ансамбля.
Сын британского священника. От отца получил первые уроки пения и игры на гитаре. Уже в 13 лет организовал свой ансамбль SOUTHERN SONS. В 1959 переехал в Питсбург, где сделал первые серьезные шаги на профессиональном поприще. Выступал с Джорджем Бенсоном, Ричардом Холмсом и Джимми Смитом как сайдмен, затем вновь создал собственную группу BLOOD & THE BLOOD BROTHERN в Колумбусе (Огайо). Тремя годами позже стал руководителем студии Guitar Workshop в составе Metropolitan Art Complex в Детройте. Параллельно играл со своим трио и как член оркестра FOCUS NOVII. В 1971 перебрался в Нью-Йорк, где сотрудничал с Артом Блэйки (в ансамбле JAZZ MESSENGERS), а также основал квартет THE MUSIC REVELATION ENSEMBLE, который возглавлял в течение многих лет (в 1980 членами этого ансамбля были также трубач Олу Дара, саксофонист и флейтист Дэвид Мюррей, на ударных инструментах — Рашид Али и Рональд Шеннон Джексон). Познакомившись с Орнетом Коулменом, поддерживал с ним в последующие годы тесные дружеские связи, стал приверженцем его идей, изучал стиль и технику его игры. С 1974 неоднократно выступал вместе с ним (в том же году и в 1978 — гастроли по Европе). Кроме того, сотрудничал в 70—80-е годы с Арчи Шеппом, Полом Блеем, Джо Хендерсоном, Ларри Янгом, Артуром Блайтом, Оливером Макби, Доном Черри и другими. Весной 1990 посетил СССР, участвовал в 1-м Международном джаз-фестивале в Москве. Записываться на пластинки начал с 1967 (как сайдмен с фанк-группой органиста Хэнка Марра), именные грамзаписи впервые сделал в 1978. Другие записи: с Джоном Паттоном (1969), Р. Али (1971), Дж. Хендерсоном (1973), П. Блеем, Л. Янгом (1974), О. Коулменом, А. Блайтом (1978) и т. д.
Один из ведущих негритянских фьюжн-музыкантов, основоположник нового направления в этой области, получившего название фри-фанк (синтез: фри-джаз и фанк-фьюжн). Первые эксперименты такого рода — LPs Tales Of Captain Black (совместно с О. Коулменом, 1978) и No Wave (1980, MUSIC REVELATION ENSEMBLE с Р. Ш. Джексоном). Данный тип музыки соединил в себе радикализм и абстрактность авангардного джаза (в духе Коулмена), артифициальность концертного академического искусства, эмоциональную атмосферу и саунд блюза и фанк-рока, стихию танцев, ритмов, проповеднический пафос негритянских духовных песен. Гитарный стиль Алмера отличается виртуозностью, индивидуальным характером импровизации. Порой наблюдается пристрастие к средствам экстремального воздействия (максимальная громкость, насыщенность диссонансами и т. п.). Многообразны типы сочетания свободно развертывающихся импровизационных линий, сонорные эффекты.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (95)
Almeida Laurindo
Алмейда Лориндо (р. 2 сентября 1917, Сан-Пауло, Бразилия) — американский джазовый музыкант (гитарист), руководитель ансамбля, бэндлидер, композитор.
В 40-е годы руководил оркестром в Рио-де-Жанейро, выступал на радио и телевидении. В 1947 переехал в США по приглашению Стэна Кентона и вскоре приобрел широкую известность как один из самых ярких солистов его оркестра. С 1957 работал в Голливуде с собственным трио, с которым культивировал так называемый южно-американский стиль (лэйтин-джаз). В 1962 принял участие в создании и развитии нового направления, получившего название босанова-джаз (или самба-джаз). Сотрудничал в MJG (с 1963), успешно гастролировал с ним по Европе (1964). Записи: с оркестром С. Кентона Би Мэнна, «Бада» Шенка, VJG, со своим ансамблем (с 1953).
Стилистически разносторонний музыкант, внес значительный творческий вклад в разработку целого ряда джазовых стилей (прогрессив, афро-кубинский джаз, вест-коуст, кул, барок-джаз). Ввел в джазовый инструментарий концертную испанскую гитару, на которой играл без электроусиления и без плектра. Автор виртуозных концертных композиций, песен фольклорного характера, музыки к кинофильмам Maracaibo, Cry Tough и другим.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (98)
Allman Brothers Band
Братья Алманы в сногсшибательной гулянке со стрельбой в ногу!
(Еще одна сказка старого Юга) Перепечатано из журнала Zabriski Rider
Помню, был я еще молоденек, как мой дружок Пако (сноска: Не Люсия) взялся работать дорожным распорядителем при банде Братьев Алман. И хотя не южный рок был дамой моего сердца, стараниями моего друга я несколько раз попадал в их компанию. Грег Алман, человек, несомненно, обаятельный, но не слишком прилежный в фокусировании своего внимания, сказал мне при первом энакомстве: “Государь мой! Ну, как же я рад, что, наконец-то нас познакомили! Мне говорили; вы - один из немногих, кто понимает, где в нашем деле говна-пирога, а где и правда-шоколадка; и только вы можете объяснить другим, в чем, собственно, разница!” 0-па! - думаю, - ну, кто еще меня так уважал”. И прослеэился… Мы с Грегом мотались повсюду вместе в тот вечер, были на репетиции, на джеме, на какой-то широкой гулянке. В конце-концов мы вернулись к нему в гостиницу, где он пел под акустическую гитару до рассвета. Когда я в следующий раз встретился с Грегом, он искренне приветствовал меня: “Государь мой! Вы себе не представляете, как я рад нашей встрече. Ну, наконец-то, мы познакомились…”
Много позже, холодной зимней ночью, после концерта Алманов в Бостонском саду, я неожиданио для себя очутился на заднем диване в салоне длинного и черного лимузина рядом с Грегом и Диком Бетсом, гитаристом группы. Мне не показалось, что они так уж хорошо ладят друг с другом. Те, кто знает об Алманах более моего, утверждают, что было что-то вроде детской ревности у Грега, младшего брата покойного лидера - Дюана Алмана, к Бетсу, протеже Дюана. Могло это и быть правдой. Но могло (поскольку это уже поздняя эпоха в истории группы) быть и проще - что они всего лишь устали друг от друга. Грег говорил безостановочно, пока мы ехали. Бетс только глядел, не отрываясь, в темное окно машины.
Грег сетовал на вьетнамскую войну:
- Вот это была война, в которую нам не следовало ввязываться, - обьявил он, - сколько отдано жизней, сколько разбито семей - абсолютно ни за что. Я пустил себе пулю в ногу, чтобы мне не пришлось идти. 22 калибр. Мы по этому поводу давали вечеринку - я и мой брат- вечеринку со стрельбой в ногу.
- Вы с Дюаном стреляли в себя?- спросил я.
- Нет,- сказал Грег,- сначала вызвали его. Я проводил его до призывного пункта, на нем были розовые шорты. Он говорил (Грег изобразил, пришепетывание): “Где моя пушка? Я должен перестрелять всех этих ублюдков.” Он вернулся к машине, едва не плача. Мой брат не так уж часто плакал, но тут, браток, его напугали до смерти. Этот чертов автобус уже поджидал там, чтобы, как только он поднимет руку, увезти его от нас. Он сказал:
“Браток, не сработало”.
Дик Бетс, казалось, окончательно затерявшийся в дебрях своих мыслей, тут медленно обратил на Грега свой взор, полный изумления.
- 0 ком ты говоришь, Грег? - спросил Бетс.
- О Дюане.
Глаза Бетгса сузились.
- Ты говоришь, Дюан ходил в розовых шортах?
- Он ходил в них на призывной пункт.
- А-а,- протянул Бетс с явным облегчением и вновь все свое драгоценное внимание отдал миру за темным окном.
Алман продолжил: - Армейские не купились на розовые штанишки. Дюан вернулся к машине в слезах.
Я сказал: “Ну ты, мужик, ты просто объясни им, что ты, … мать …, не пойдешь. И все!”.
Он сказал: “Да, это точно поможет, тупой ты …”
Но он вошел, прошел до того конца, где все поднимают правую руку, чтобы дать присягу, а Дюан свою руку засунул в карман. Сержант орал ему прямо в ухо: “Ты, сукин сын! Такой заднице, как у тебя, самое место в Ливенворсе!”. Дюан сказал: “Нет, нет, я не собираюсь отправляться черт знает куда убивать людей, о которых ничего не знаю, не знаю, зачем это нужно. Нет!”.
Ему сказали: “Ладно, пока иди домой. Увидимся в суде. Будешь ворочать камни в Ливенворсе. Мы тебе устроим лет десять-двадцать”.
Но то ли его дело затерялось, то ли что… Но больше о них ничего не слышно. Хотя несколько месяцев он ходил, обливаясь потом даже в самую жару.
Потом и я получил свой “большой привет”. Мы только-только “получили” первый шанс записаться, Дюан сказал: “…, парень, что значит, “получил повестку”?”. Таков уж он был. Я сказал: “Не я ее сочинил. Тебе повезло, твое дело потеряли! Я, может, не такой счастливый. Ну, скажи мне, что делать?! Это серьезно. Эта чертова война! ..”. Это было когда они называли имена по телевизору. И мой день рождения был первым, с которого начали, Оп-ля! Первый чертов шарик от пинг-понга. Я сам смотрел эту передачу и сказал: “…” К тому времени я уже знал и о напалме, и обо всем остальном.
Первую половину дня я посвятил тому, чтобы хорошенько напиться. Когда я был уже высоко, я сказал: “Мужик, я буду самострелом.”
Дюан сказал: “Мужик, и как же ты это исполнишь?”. Я сказал: “Я прострелю себе ногу”. Он сказал: “Хмм … Это может сработать”. Дюан сказал: “Мы устроим гулянку. Хорошенько накачаемся, на…уяремся, возьмем коробку, наполним ее опилками, отнесем в гараж - и провернем дельце, как надо. Тебя - сразу в машину, отвезем в больницу, а из больницы - прямо на призывной пункт. Время прикинем…”
Прошло дня три. У нас была вечеринка. Там куча девок, тут ящик виски. Я выпил виски полчетверти. Качался, как осиновый листочек на ветру. Вполне годился стать самострелом. И я вышел. И вернулся обратно. Я сказал: “Дюан, мы кое-что забыли.” Он спросил: Что?”
“…пушку!”. И мы поехали на “другой конец города”, как это тогда называлось, и спросили первого черного пижона, торчавшего на углу “Эй, мужик, нам нужно купить пистолет”. “Эй, мужик, ты о чем?”. “Я о 22-м калибре”. Он сказал: “Может, я и смогу это устроить”. Я сказал: “Отлично. Сколько это будет?” “Сколько у тебя есть?”. “Двадцать пять долларов”. “Ну, вот столько это и будет”.
Так мы достали пушку и к ней три пули и поехали домой. Я все думал: “Теперь я должен сделать это”. Хоть я и был пьян-пьянешенок, но понимал, что под прицелом - моя задница. Я хочу сказать, дело принимало серьезный оборот.
Мы приехали, и я сел изучать карту моей ноги. Вот самая длинная кость, вот здесь она сходится с соседней. Я прикинул, что мне нужно пулю положить между ними, чтобы обе задеть, но ни одну не сломать. Потом я взял нож и сделал насечку на носу пули, чтобы маленький кусочек потом остался внугри. Потому что если в тебе уже есть какой-то металл, в армию тебя точно не возьмут.
Я нарисовал мишень на башмаке. На моем мокасине. Поставил ногу на ящик, взял пистолет, откинулся назад… и сказал: “Боже мой, что я делаю?! С ума я сошел? Я что, буду стрелять в себя?”.
Довольно скоро вошел Дюан: “Ну, не слышу салюта, черт возьми. Ты будешь или нет? …, парень, заканчивай, или дуй в армию. У нас тут столько людей - все ждут гулянку со стрельбой по ноге!”.
Я сказач: “Мужик, ты подумай, ты же говоришь о пуле в моей ноге!”. Он сказал: “Я знаю, мужик.Ни о чем не думай. Давай, я в тебя стрельну!” Грег показал, как пьяный Дюан поднимает пистолет, покачиваясь, спотыкается и направляет оружие прямо Грегу между глаз. Я сказал: “Погоди! Ты промахнешься, и попадешь мне прямо в … голову!” Туг я пошел обратно в дом - добавить виски, а Дюан плелся за мной, обзывая по - всякому, дразнил меня, пою я не сказал: “Да …, мужик!”
Я схватил пистолет, направил мушку на ногу и бам! Пламя вырвалось из этого чертового дешевого, в задницу, старого пистолета - я перепугался до смерти. И не знаю, была ли это такая отдача, но меня оторвало от земли. Дюан вбежал в дверь и поймал меня на лету.
Три секунды я считал себя мертвым. Три Секунды. Потом я почувствовал, что нога онемела до бедра. Я залез в чертову машину, закрутил ногу в полотенце и шутил напропалую всю дорогу в больницу. Первое, что мне там сделали, это дали морфий. Вот тут я по-настоящему уплыл.
Кожа мокасина втянулась в дырку от пули. Я посмотрел на нее, обернулся к брату и сказал: “Дюан, у меня на левом ботинке мишень нарисована! Они тут запросто вычислят, что мы задумали”
Дюан сказал: “О, нет!”. И как раз тут вошел врач и покатил меня в чертову комнату. Я думал: “Ну, …, теперь меня точно отправят в тюрьму.” Врач спросил: “Что у нас тут?” Он содрал башмак с ноги и бросил себе за спину, он так и не разглядел на нем мишень. Тут,-входит Дюан - он нарисовал мишень и на втором башмаке: вроде, узор такой!
Врач почти ничего не сделал, а только просунул в дырку какую-то трубку, перебинтовал ногу и отправил меня домой. Я вышел с громадной повязкой и сказал: “…, мокасины остались там.” Дюан прошмыгнул обратно в смотровую и стащил несчастные ботинки. Как уж он туда пробрался, не знаю.
Дюан отвез меня на призывной пункт, там спросили: “Что, черт побери, с тобой случилось?” Я сказал: “Мужик, я там на чердаке перебирал свою коллекцию, и тут мой любимый Магнум 22 вдруг выстрелил.”
Лимузин остановился, и шофер распахнул дверцы.
- Потом все зажило,- вздохнул Грег,- но тогда меня уже сняли с учета “как единственного наследника.”
Опубликовано в 2:14 Комментариев (106)
Luther Allison
Почти одновременно с известием о кончине Джона Клайда Коплэнда пришло и сообщение о том, что обнаружен рак легких и верхних дыхательных путей у другого лидера современного блюза - Лютера Эллисона. О том, насколько неожиданным это было, можно судить хотя бы по плотному гастрольному графику Эллисона, составленному на всю вторую половину 1997. Билеты, купленные заранее, многие любители блюза оставили у себя. Эллисон сгорел за один месяц. Он умер, не дожив 5 дней до 58 лет.
Лютер Эллисон: американский блюзовый певец-гитарист, ветеран чикагской блюзовой сцены 60х, блюз-рокер начала 70х, традиционалист в 80х, неожиданно к концу 90х ставший бесспорным лидером техасского блюзового стиля.
Родился в Арканзасе, 14 из 15 детей в семье. Первый музыкальный опыт: пение в церковном хоре и игра на церковном органе. С семьей переехал в Чикаго в 1941г., стал участником полупрофессиональной вокальной группы The Southern Travellers, исполнявшей госпелл. Учился в одном классе с сыном Мадди Уотерса и имел возможность присутствовать не только на концертах Отца Чикагского блюза, но и на репетициях его блюзбэнда. Игрой на гитаре всерьез увлекся относительно поздно, в 18-летнем возрасте. С 1957 вместе со старшими братьями играл ритм-энд-блюз в группе The Rolling Stones, переименованной позже в The Four Jivers. Акомпанировал выступлениям Фредди Кинга, Мэджика Сэма и Отиса Раша. Под их влиянием принял стиль Уэст-Сайд блюза. С 1959 выступал самостоятельно.
Сорокопятки, записанные в середине 60х на чикагской фирме “Делмарк” (Delmark) собраны в альбом “Sweet Home Chicago (Милый дом мой, Чикаго)”. Дебютный альбом записал для этой же фирмы в 1968 - “Love Me Mama”. Успешное выступление на престижном Эннэрборском блюз-фестивале привлекло внимание рок-молодежи к музыке Эллисона. На волне этого успеха Эллисон подписывает в 1972 контракт с большой фирмой Мотаун и выпускает еще несколько альбомов. Однако интерес публики к блюзу в США стремительно падает, а Эллисон обнаруживает, что в европейских музыкальных клубах для него всегда есть работа. В 1979 он окончательно перебирается в Париж. Работа в маленьких клубах чередуется с успешными выступлениями на крупнейших джазовых фестивалях. В альбоме “Where Have You Been (Где ты был)” представлены записи Эллисона в манере жесткого энергичного электроблюза, сделанные на джаз-фестивале в Монтре в период с 1976 по 1994.
В те же годы для небольших европейских фирм он записывает альбомы акустического блюза (”Hand Me Down My Moonshine (Передай мне мою самогонку”). В 1989 в его группе начал играл его сын Бернард, выступающий теперь самостоятельно. Записанный в 1993 в Мемфисе для европейской фирмы альбом “Soul Fixin’ Man”, переизданный чикагской фирмой Alligator, стал первым за 20 лет альбомом Эллисона, выпущенным в США. Возвращение обернулось триумфом: выступления в качестве хедлайнера на всех значительных блюзовых фестивалях США, аншлаговые гастроли, блестящие рецензии, статьи во всех блюзовых и гитарных журналах. 1995 год принес ему награды имени У.К.Хэнди по 5 основным категориям и 10 итоговых за год премий ведущего блюзового журнала Livin’ Blues. Два последовавших альбома, записанных в Мемфисе специально для “Эллигейтор”, преумножили этот успех.
По мнению экспертов из “Guitar Player” его “свирепое соло сочетает мудрость опытного расказчика с элегантностью БиБиКинга, гибкостью Бадди Гая и густым жалящим тоном Алберта Кинга”.
Лютер Эллисон играл современный вариант техасского блюза с энергетикой, редко свойственной его ровесникам из рок-епархии.
Всего несколько лет назад техасский блюз казался процветающим направлением, именно в этом стиле блюз звучал наиболее современно, энергично. И лидировали в нем мастера достаточно опытные, но по блюзовым меркам еще только входившие в расцвет сил. Теперь, со смертью Алберта Коллинза, Джона Коплэнда и Лютера Эллисона, техасский блюз - обезглавлен.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (66)
All About Eve
Группа образована в 1986 году в Великобритании
Музыкальная журналистка Джулианна Риген - она работала в малотиражном лондонском издании Crochett - в качестве бас-гитариста входила в состав довольно популярной группы Gene Loves Jezebel, а Тим Бричено играл в Aemotti Grii. Познакомившись на одном из концертов, пара сформировала группу Swan.
Ритм-секция часто менялась, но в конце концов Бричено пригласил своего бывшего коллегу по Aernotti Grii бас-гитариста Казина, который привел с собой барабанщика Марка Прайса. Название было изменено на Аll About Eve, и тандем Риген-Бричено начал работу над материалом для первой пластинки. Большую помощь группе оказали на первых порах музыканты восходящей звезды британского альтернативного рока Mission, с которыми Риген ранее сотрудничала. Стилистически Аll About Eve соединили в своей музыке элементы “готического” панк-рока, психоделию конца 60-х и отчасти фольклор - тексты, которые писала главным образом Риген, отражали ее увлечение мистической литературой и практический опыт экспериментов с “магическими кристаллами”.
Первые же синглы группы “Our Summer” и “Flowers In Our Hairs” произвели фурор в инди-чартсах Англии, а подписав контракт с фирмой Mercury, Аll About Eve выпустили сингл “Martha’s Harbour”, который в июле 1988 года вошел в Тор 10 национального хит-парада Великобритании. Попали в Тор 10 и два первых альбома группы, закрепив тем самым позиции Аll About Eve среди лидеров альтернативного рока Великобритании (особого внимания заслуживает второй диск “Scarlet And Other Stories”, который продюсировал бывший член легендарных Yardbirds Пол Сэмуэлл-Смит). В начале 1990 года осложнились отношения гитариста и остальных членов группы, и после бурного скандала Бричено перешел в Sisters Of Mercy. Вместо него был приглашен Марти Уилсон-Пайпер, совмещавший работу в Аll About Eve с деятельностью в своей основной группе Church.
Неопределенность с составом отразилась на качестве следующего диска, “Touched By Jesus”, который лишь мелькнул в Тор 20, и участие в его записи самого Дэвида Гилмора из Pink Floyd на темпах продажи никак не отразилось. Из-за разногласий с фирмой-дистрибьютором Phonogram в 1991 году Аll About Eve перешли в МСА Records, но с тех пор популярность группы продолжает падать, что, видимо, объясняется не ухудшением качества музыки, а переориентацией аудитории на исполнителей иного рода.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (91)
All
После того как Descendents неожиданно лишились своего обожавшего учебу вокалиста, остатки команды даже и не подумывали о том, чтобы отправиться на пенсию. Басист Karl Alvarez, гитарист Stephen Egerton и барабанщик Bill Stevenson рекрутировали Dave Smalley — вокалиста из Dag Nasty, Название для новой команды сочинялось недолго — оно было просто взято с последнего альбома Descendents — All. В стилистическом плане также не последовало никаких радикальных перемен, за исключением того, что группа осознала свои ошибки с диском ‘All’ и зареклась повторять их в будущем даже под страхом смертной казни. И действительно, первый гигант ‘Allroy Sez…’ смог возродить дух веселья и искренности Descendents, в более легкой, но навороченной форме. Группа целиком отдала себя поп-панку, не чураясь ритмических экспериментов, заигрывании с пост-панковыми гармониями и опять сочиняя песни преимущественно про секс и еду. Данный диск, как и последующие (старательно выдержанные в поп-панковых рамках) издавался самостийной компанией Cruz Records, распространявшей продукцию через SST Records.
После того, как Dave ушел, в группе пошла череда смен вокалистов, Scott Reynolds (нынче играющий в Goodbye Harry) продержался с 1989 по 1992 год. В 1993 году пришел Chad Price, и в 1995 году All разродились своим первым “мажорным” релизом — ‘Pummel’. Благодаря тому, что наконец-то All выпустила крупная компания Interscope, группа впервые была услышана на радиостанциях и заработала себе достаточно денег чтобы начать жить в собственных домах. Как ни странно, ‘Pummel’ не только не оказался попсовым и коммерчески ориентированным альбомом, но наоборот — самой тяжелой, прямолинейной и энергичной пластинкой All с бронебойными песнями типа ‘Uncle Critic’ или ‘Button It’.
В 1996 году группа приступила к записи нового диска, однако планы неожиданно изменились — на горизонте возник махающий кепкой Milo Aukerman, и возникла идея возродить Descendents, что и было сделано без излишних напрягав. Но существование All на этом не оборвалось, и All продолжили свою (скорее поп-хардкоровую, чем поп-панковую) жизнь на Epitaph Records. В конце дискографии наблюдательный читатель обнаружит проект Tonyall — это затея участников АИ сыграть альбом со старым басистом Descendents Tony Lombardo (который, кстати, написал лучшие песни на первых двух лонгплеях Descendents). Получился сентиментальный опус в стиле пауэр-поп.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (58)
Alien Ant Farm
История этой группы началась в 1996 году в калифорнийском городе Риверсайде, где проживали все участники будущего коллектива. Всех четверых, Драйдена Митчелла (р. 15 июня 1976), Теренса Корсо (р. 28 ноября 1971), Тая Замора (р. 30 мая 1977) и Майка Косгрова (р. 7 ноября 1975) с ранних лет тянуло к музыке. Митчелла вдохновил к этой страсти его отец, гитарист. Глядя на него Драйден тоже начал бренчать на гитаре, но друзья посоветовали ему заняться вокалом. На его стиль повлияло также творчество Beatles, Фрэнка Заппы, Трэйси Чапмэна. Что касается Корсо, то на него в значительной степени повлияли пластинки Kiss, которые постоянно крутила его мамаша.
Затем он стал участником проекта, который спонсировал музыкальный магазин, и это повлияло на его интерес к ударным установкам. Слушал же Теренс все подряд – хип-хоп, фолк, фанк и тяжелый металл, причем особо любил Black Sabbath и Led zeppelin равно как и Джеффа Бакли.
Первым инструментом Заморы тоже была гитара. Его родители увлекались диско, и он переслушал множество исполнителей этого жанра. Затем Тая начали привлекать такие группы как Boston, Queen и Steely Dan, причем он неплохо копировал манеру их игры на гитаре.
Позже ему стали нравиться Стэнли Кларк и Primus, и Замора сменил шестиструнку на четырехструнку. Вместе с Косгровом Тай играл в команде, исполняющей каверы Primus, а также участвовал в ритм-энд-блюзовом проекте. Косгров еще в детстве лупил по барабанам, а в подростковом возрасте уже серьезно занялся этим делом, начав брать уроки.
К музыке в его семье тоже были неравнодушны – дед играл на трубе, а бабушка любила прошвырнуться по магазинам грамзаписи. Сам же Майк предпочитал слушать Metallica, Guns’n'Roses, Twisted sister и Майкла Джексона. Позднее он перешел на Стинга, Шаде, Weezer, но от Джексона так и не отказался.
И вот вся четверка собралась вместе, и свой первый концерт отыграла на дне рождения Митчелла. Название ”Alien ant farm” (”Муравьиная ферма инопланетян”) придумал Теренс Корсо. С самого начала концерты коллектива привлекали много народу. Команда гастролировала по западным штатам и по Европе. Популярность ”Alien ant farm” неуклонно росла, и вскоре ее песни начали крутить радиостанции.
В 1999 году музыканты на свои деньги на инди-лейбле ”Chick records” выпустили дебютный альбом, скромно назвав его ”Greatest hits”. Этот релиз на церемонии ”Music awards” в Лос-Анжелесе удостоился звания лучшего независимого альбома. Вслед за этим ”Alien ant farm” заключили контракт с ”New noise”, лейблом, к которому были подписаны и Papa Roach.
В марте 2001 года вышел второй альбом группы, ”Anthology”.
Во время последующего тура по Европе, когда команда была в Испании, ее автобус попал в автокатастрофу. Водитель погиб, а Драйден Митчелл и Тай Замора попали в больницу с серьезными травмами. Однако к осени 2002 года музыканты оклемались от этого происшествия и продолжили работу над своей очередной пластинкой.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (312)
Alice in Chains
Сиэтл, ранее не очень музыкальный город, каких немало в Соединенных Штатах (в отличие от, скажем, Лос-Анджелеса, из которого вышло много коллективов, играющих роwег-рор, или Нью-Йорка, богатого на speed-metal), за последние 10-15 лет подарил миру не одну замечательную группу. С Сиэтла фактически и начиналось то, что мы привыкли называть альтернативным роком и гранджем. Кто бы мог подумать, что небольшой городок, где есть всего три рок-клуба, может таить в себе на первый взгляд неприглядные, но очень ценные жемчужины! А ведь ребята просто играли музыку, не впадали в амбиции, ходили друг к другу на концерты, вместе тусовались, вместе отмечали праздники, вместе боролись со скукой - кто-то с помощью музыки, кто-то с помощью наркотиков. А потом им стало элементарно тесно в родном городе, в тех самых трех до боли, до омерзения родных клубах.
Первыми из Сиэтла наружу вырвались HEART. Их примеру последовали QUEENSRYCHE. Далее были SOUNDGARDEN и NIRVANA - вряд ли кто-то смог бы сейчас с уверенностью сказать, кто из них был раньше, зато все помнят, как они были хороши. MOTHER LOVE BONE, несомненно, внесли свою лепту в распространение сиэтлской музыкальной тусовки. Не говоря уже о FAITH NO MORE и JANE’S ADDICTION, которым принадлежит львиная доля всяческих заслуг в нелегком, но приятном деле с кодовым названием alternative rock. Как вы уже могли догадаться, ALICE IN CHAINS вышли из той же тусовки и получили свою долю славы в ответ на неповторимый талант. Эта группа играла несколько иную музыку, нежели остальные выходцы из Сиэтла. Их музыку отличает какая-то необъяснимая темная грусть. Пожалуй, никто не смог бы найти лучшее определение плодам творчества ALICE IN CHAINS, чем ударник группы Шон Кинни: “Мы сумели овладеть мастерством создавать нечто красивое, но вызывающее у слушателя желание умереть…” Именно с этой группой я имею удовольствие вас сегодня познакомить.
Итак, все по порядку. Задатки музыкальных способностей у фронтмена группы Лейна Стейли (род. 22.08.67, Киркленд) зарождались еще в раннем возрасте. Двенадцатилетний Лейн уже играл на барабанах (!) в различных гаражных глэм-группах. К ударной установке его влекло с тех пор, как он впервые увидел ее у одного из друзей своего отца. Но однажды на репетиции он попытался петь - ему казалось, что у него это получалось лучше, чем у вокалиста гриппы, в которой он играл. Но ему сказали: “Парень, ты сидишь за установкой - вот и стучи.” Это, конечно, задело самолюбие юного Стейли (ему было 15). Сгоряча он продает свои барабаны и покупает микрофон и “задержку” (”delay” - это такая “примочка”… Надеюсь, уж это слово-то вам знакомо). Начал Лейн с того, что подключил микрофон к проигрывателю и пел вместе с пластинками BLACK SABBATH, Ozzy Ozbourne и т.п.
Джерри Кэнтрелл (род. 18.03.1966, Такома) познакомился со своим отцом, лишь когда научился говорить первые слова - папа вернулся из Вьетнама. Его мать Глория Джин Кэнтрелл была первый человеком, приведшим Джерри в музыку - она играла на фортепиано. Но, к сожалению, она не дожила всего несколько лет и так и не увидела славы сына. Впервые Джерри взял в руки гитару в шестом классе, но все последующие годы почти не занимался ею. Серьезное же занятие гитарой пришло, когда ему было 17. Он играет во всевозможных гаражная группах, в одной из которых и познакомился с Майком Старром (Mike Starr).
В 1987 году Джерри и Лейн, наконец, сошлись на какой то вечеринке. Познакомились поближе и, как водится, создали группу. В первый состав тогда еще группы ALICE IN CHAINS вошел уже упомянутый выше бас-гитарист Майк Старр, а за ударные сел Шон Кинни (род. 27.05.1966), в то время встречавшийся с сестрой Майка. Шон уже играл на барабанах, когда ему было всего три года, и его деду приходилось подсаживать внука на барабанный пьедестал. Двумя годами позднее у Шона уже была своя установка. Когда ему исполнилось девять, он стал членом группы своего деда THE CROSS CATS, которая играла кантри, джазовые стандарты, свинг… Одним словом, у Шона была хорошая школа. Главные отличительные черты Шона - необузданное чувство юмора и глубокое убеждение, что он является, пожалуй, единственным музыкантом, не считая Майкла Джексона (да и кто его сейчас считает), у которого есть обезьяна.
Первый концерт группы ALICE IN CHAINS состоялся 5 августа 1987. Потом группа сыграла пару концертов под названием DIAMOND LIE. Настоящей же стартовой точкой в карьере ALICE IN CHAINS следует считать 11 февраля 1989 года - концерт на центральной площадке Сиэтла вместе с MOTHER LOVE BONE. В этом же году группе удается заключить контракт с Columbia Records. В июне 1990 года AIС выпустили небольшим тиражом свой первый ЕР “We Die Young”, a двумя месяцами позже - первый полноформатный альбом “Facelift”. Альбом получился тяжелым, но в звучании присутствовал сильный глэмовый оттенок 80-х годов. Вскоре после выпуска песня “We Die Voung” заняла первые позиции в метал-чартах. Сам же альбом стал золотым и попал в чарты “Billboard” лишь спустя девять месяцев. Сразу после записи альбома группа отправилась в свой первый тур по Соединенным Штатам. 22 декабря режиссер Josh Taft запечатлил аншлаг в Moore theater в Сиэтле и выпустил на видео “Live Facelift”. В январе 1991 года AIС впервые выставлялись на “American Music Auards” в номинации “Favorite Heavy Metal Artist”, но проиграли. Первый сингл “Man In The Box” получил небольшую долю “раскрутки” на радио и MTV. В начале 1991 году выходит фильм “Singles” (реж. Cameron Сгоwе), в котором AIC исполнили свою новую песню “Would?”. В то же время начался первый европейский тур группы вместе с MEGADETH, во время которого AIС были представлены к “Grammy” в номинации “Best Heavy Metal Performance”, но снова проиграли. В апреле тур закончился, и у группы был месяц на отдых - набраться сил для того, чтобы каждую ночь в течение двух следующих месяцев играть для толпы фанатов группы SLAYER в туре “Clash Of The Titans”. “После того, как мы это выдержали, нам казалось, что уже ничто не страшно”, - говорил Лейн в одном из интервью.
Тур “Clash Ot he Titans” закончился в середине июля и плавно перешел в четырехмесячный тур с группой VAN HALEN. Во время этого тура Шону Кинни приснился странный сон: будто бы он говорит благодарственную речь на церемонии вручения “Grammy”, который группа получила за ЕР под названием “SAP”. Группа решила не шутить с судьбой и записала ЕР сразу по возвращении из тура на перерыв, назвав ЕР “SAР” (что бы это ни значило). После записи Джерри Кэнтрелл отправился со своим братом на охоту и пропустил концерт с VAN HALEN, запланированный на 1 декабря, - просто бедняга думал, что в ноябре 31 день. Columbia подарили ему на Рождество календарик и любезно попросили его больше так не делать.
Весну 1992 года AIC посвятили записи нового альбома, который вышел в сентябре под названием “Dirt”. Этот альбом стал для группы настоящим прорывом: раскуплено несколько миллионов экземпляров, к декабрю 1993 года альбом уже обрел статус дважды платинового, а главное - в нем представлены песни, наиболее любимые публикой и по сей день (”Would?”, “Rooster”, “Them Bones”, “Down In A Hole”). Это также первая запись группы, сделанная не в Сиэтле, а в Лос-Анджелесе, на студиях Eldorado и One On One, где двумя годами ранее METALLICA записывала свой “Metallica”.
В июне 1993 года Лейн каким-то невообразимым способом умудрился попасть под четырехколесный мотоцикл, за рулем которого сам же и сидел (?!). Одним словом, невзирая на перелом ноги, Стейли закончил тур с Оззи Осборном - на костылях или в инвалидной коляске, - не пропустив ни одной даты. Кое-кому на этой неприятности даже удалось подняться, продавая майки о изображением рентгена сломанной ноги Лейна.
В январе 1993 года AIC сыграли на фестивале “Hollywood Festival” в Рио-де-Жанейро (Бразилия). Это выступление оказалось последним для бас-гитариста группы Майка Cтарра, просто не выдержавшего такого количества гастролей. На последовавших концертах AIС в Европе его заменил бас-гитарист Оззи - Mike Inez (род. 14.05.1966), которой впоследствии и остался в группе. В детстве первым инструментом Майка была гитара, но позже он взялся за бас, так как какой-то группе нужен был бас-гитарист (как это было со многими бас-гитаристами). Кроме того, он получил музыкальное образование по классам саксофона и фортепиано.
Все лето 1993 года было отдано фестивалю “Lollapalooza” - 36 концертов за 50 дней. Вернувшись из тура, группа обнаружила, что ее выселили из резиденции - оказывается, за концертами никто не вспомнил, про квартплату. В итоге группа переселилась в London Bridge Studios. За отсутствием иных занятий группа принялась за запись третьего по счету ЕР “Jar Of Files”. Затем тур в поддержку нового сингла “Doun In A Hole”. В сентябре 1993 году выходит саундтрек к фильму Арнольда Шварценеггера “Last Action Него”, на котором представлены две новые песни AIC “A Little Bitter” и “What The Hell Have I?”. Всего за месяц саундтрек достиг платинового статуса. 18 января 1994 году новый ЕР “Jar Of Flies” был выпущен в пачке с ЕР “SAР”, а 25 января - как самостоятельная работа. “Jar Of Flies” стал первым в истории ЕР, дебютировавшим на первом месте в чартах “Billboard”. В марте 1995 года AIС снова выставлялись на “Grammy” с песней “I Stay Awау” (сингл с ЕР “Jar Of Flies”), но, как всегда, проиграли.
В апреле 1995 году AIC закрываются в студии для записи третьего полноформатного альбома. В ноябре альбом выходит в свет под названием “Alice In Chains”, дебютирует в “Billboard” на первом месте, выставляется нa “Grammy” и тоже проигрывает. 22 мая 1996 году в США и 22 июня в Европе прошла трансляция видеоверсии акустического концерта AIС “MTV Unplugged”. Аудиоверсия, более полная, вышла как альбом 28 июля, и в нее вошла новая песня “Killer Is Me”. Не прошло и двух месяцев, как альбом стал платиновым. Февраль 1997 году - снова “Grammy”, номинация “Best Heavy Metal Performance”, песня “Again” - и снова удача не на стороне ALICE IN CHAINS. Хотелось бы обратить ваше внимание на тот факт, что до концерта на MTV группа не выступала целых три года. Конечно, это привело к появлению слухов о распаде группы. По правде сказать, не хотелось поднимать эту тему, но она всплывает сама собой. В группе действительно были серьезные проблемы со “здоровьем” Лейна Стейли. Если раньше Лейн писал песни о своих “бывших” проблемах с наркотиками, то теперь эти проблемы снова стали ужасной реальностью. Альбом “Alice In Chains” записывался с трудом. Лейна невозможно было заставить работать. На обложке альбома изображена трехногая собака, по официальной версии - в память собаки детства Шона (рабочее название альбома было “Tripod” - кличка собаки). На мой же взгляд, это метафорический символ “хромой” группы, группы без солиста. Слухи о распаде группы разрослись еще больше, когда Джерри Кэнтрелл выпустил свой сольный альбом “Boggy Depot” в 1998 году. Иронично то, что в записи “сольного” альбома Джерри принимали участие и Майк, и Шон, и даже Тоби (Toby Wright, продюсер AIС). То есть фактически это значило исключение Лейна.
Официально же группа жива и по сей день. Хотя трудно сказать. В нынешнем году AIС выпустили своего рода напоминание о себе: компиляционный альбом “Nothing Safe - The Best Of The Box”, являющийся не более чем сэмплером двухдискового Воx-Set, вышедшего буквально через месяц. Компиляция, подобранная неплохо, да еще и две новые песни в нагрузку ждут своего слушателя, чтобы показать ему, что есть такая группа… Хотя скорее была.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (44)
Monty Alexander
Monty Alexander - [Alexander, Montgomery Bernard]
b. Kingston, Jamaika, 6.06.44
Пианист. Переехал из Ямайки в Майами, Флорида в1961 году и начал играть в местных клубах. В1967 году перебрался в Нью-Йорк, где получил приглашение в “Minton’s Playhouse” и другие известные джазовые места. Пять летних сезонов отыграл с Милтом Джексоном и Рэем Брауном, также записывался с ними. Сформировал собственное трио, с которым ежегодно гастролировал в Европе с 1974 по 1980 год, особенно удачным было выступление на фестивале в Монтре в 1976 году. Основное влияние на стиль пианиста оказали Арт Тэйтум, Эрролл Гарнер, Оскар Питерсон, Нат Кинг Коул, а также различный карибский музыкальный фольклор. В последние годы Эликсандер все больше внимания уделяет джазовым интерпретациям карибской музыки, включая произведения своего знаменитого земляка Боба Марли.
Опубликовано в 2:14 Комментариев (50)